© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

«Информационные потоки и радикализация, ведущая к насильственному экстремизму в Центральной Азии»

Организация Search for Common Ground провела масштабное исследование, в котором изучались «Информационные потоки и радикализация, ведущая к насильственному экстремизму в Центральной Азии».

Главная задача — выявить и проанализировать местные движущие силы экстремистских идей, информационные потоки и достоверные источники информации. 

Несколько ключевых тезисов исследования:

  • Основные движущие силы для экстремистских идей — политические (несправедливое отношение со стороны государственных структур, дискриминация по этническому признаку, репрессивный политический аппарат и прочее), экономические (безработица, долги, бедность, желание быстро и много заработать)

    и идеологические (неудовлетворенность нынешними ценностями, стремление к справедливой и праведной жизни, стремление к вознаграждению в следующей жизни). Среди других факторов также появляются: миграция, молодой возраст, гендер (женщины) и средства коммуникации.
  • Если разделять по странам, то движущие силы экстремизма в Кыргызстане — политические, в Казахстане и Таджикистане — экономические и идеологические. Но во всех странах, помимо вышеуказанных основных факторов, существуют и другие причины: плохое образование или его полное отсутствие (в вопросах религии), уязвимость молодёжи (неопытность, безработица, ослабление семейных связей, другое), личные связи (радикально настроенные родственники, друзья и знакомые) и интернет (как инструмент передачи/получения радикальных идей и сообщений).
  • Между государствами Центральной Азии существует разница в степени контроля над информационным пространством или же подавления властью публичного дискурса. Наиболее ярко это выражено в Таджикистане, слабее — в Казахстане и совсем слабо выражено в Кыргызстане. Ситуация в Узбекистане, исходя из нашего анализа, ближе к Таджикистану, а по поводу Туркменистана из-за его закрытого режима сложно делать какие-либо серьёзные заключения.
  • В Кыргызстане граждане больше доверяют интернету и социальным сетям. В Таджикистане меньше доверяют интернету, зато больше доверия знакомым, известным людям и книгам (по религиозным вопросам). В Казахстане меньше доверяют источникам информации от государства и онлайн-СМИ, а также социальным сетям. Газеты, как и предполагалось, читают мало во всех странах, но таджикистанские респонденты читают больше остальных и больше доверяют правительственным изданиям.
  • Во всех странах роль религии в жизни граждан растёт из года в год. Это также отмечали большинство респондентов в ходе глубинных интервью. В то же время почти все респонденты отвергали радикализм и насильственный экстремизм и считали их чуждыми для себя. Похожие выводы также сделаны из результатов опроса, хотя ни один вопрос прямо не затрагивал радикализм или экстремизм. Эти два пункта должны рассматриваться вместе и предупреждать о любых действиях по противодействию/предотвращению насильственного экстремизма.

Исследование проводилось в несколько этапов: кабинетное (анализ доступных документов, отчётов, публикаций в СМИ), качественное (проведено более 200 интервью) и количественное (серия социологических опросов в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане). Авторы исследования планировали изучить происходящее в Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. Однако из-за особенностей стран Центральной Азии исследование может достоверно представить данные по Казахстану, Кыргызстану и Таджикистану, и в меньшей степени предложить рекомендации в отношении Узбекистана и Туркменистана.

Исследование проведено в рамках регионального проекта «Содействие стабильности и миру в Центральной Азии посредством медиаграмотности, эффективного освещения и регионального сотрудничества», финансируемого Европейским союзом и реализуемого офисом Интерньюс.