© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Арастун Оруджлу: Опыт Центральной Азии по работе с «возвращенцами» из Сирии полезен для Азербайджана

«Участие стран СНГ в радикальных группировках, воюющих на территории Сирии, Ирака и частично Афганистана – это общая проблема всех стран СНГ. Совместные усилия намного облегчили бы борьбу с этим явлением, и терроризмом в целом», – сказал в интервью CABAR.asia Арастун Оруджлу, азербайджанский эксперт по вопросам безопасности, бывший офицер Министерства национальной безопасности Азербайджана и глава исследовательского центра «Восток-Запад».  


Подпишитесь на нашу страницу в Facebook!


Арастун Оруджлу. Photo: turan.az

CABAR.asia: Центрально-Азиатские страны столкнулись с проблемой, что их граждане, которые определенное время назад уехали воевать в Сирию или Ирак, сейчас возвращаются обратно – как сами боевики, так и их семьи – дети, жены. И в обществе идет дискуссия, стоит ли помогать им возвращаться, насколько это безопасно для общества, не будут ли они распространять деструктивные идеи у себя на родине. В информационном пространстве Азербайджана эта тема упоминается редко. Насколько, на ваш взгляд, она актуальна для страны или может быть будет актуальна в перспективе?

Арастун Оруджлу: Лет пять назад я был первым человеком в Азербайджане, который написал о присутствии азербайджанцев в террористических группировках в Сирии и Ираке, и я даже указал примерное число – от 800 до 1200 человек. Эту информацию я получил благодаря сотрудничеству с моими друзьями-журналистами из немецкого журнала Spiegel.

Spiegel было первым изданием, которое заявило, что Свободная сирийская армия уже вовсе не сирийская армия, а почти на 90 процентов состоит из террористов, завезенных в Сирию и Ирак из других стран.

Тогда официальные власти приняли меня в штыки, представители провластных организаций обвиняли меня в том, что я бросаю тень на государство, и даже допускали оскорбления в мой адрес. Но буквально через два года тогдашний руководитель Службы государственной безопасности Мадат Гулиев официально объявил примерно такую же цифру – 900- 1200 человек.

Тогда же я написал статью, в которой рекомендовал ни в коем случае не допускать возвращения этих людей в страну, так как они представляют огромную угрозу для государства. Наипростейший способ предотвратить ее – вычислить их имена и аннулировать паспорта.

Как можно их вычислить? Ведь большинство попадают на территорию Сирии и Ирака нелегально, а по легенде они находятся на заработках, например, в Турции.

Как бывший офицер спецслужб, я знаю, что достаточно найти один источник и через него можно получить информацию о 70-80 процентах боевиков из страны. Я глубоко изучал этот процесс и несколько лет назад через очень доверенных людей нашел выход на азербайджанцев, которые оказались в Сирии, но сразу же поняли, что их обманули. Когда они увидели те зверства, которые вытворяют там экстремисты, особенно в отношении мирного населения, они были разочарованы.

Оттуда очень сложно вернуться, потому что дезертиров там не прощают и уничтожают при первом же подозрении на побег. Я говорил с несколькими азербайджанцами, которым удалось уцелеть. В террористических группировках в Сирии людей объединяют по этническому составу – люди из постсоветского пространства воюют вместе, азербайджанцы также могут присоединятся к группировкам из Турции.

Боевики, которые воевали там несколько месяцев, уже хорошо знают как работает эта сеть, из каких регионов страны приезжают люди, в составе каких группировок они воюют. Что касается легенд о работе в Турции, это можно очень легко выяснить в кооперации с турецкими властями, если, конечно, они пойдут на такое сотрудничество. 

Сирийский котел превратился в пространство столкновения интересов очень многих государств, где все международные правила пошли коту под хвост. В 2015 году на саммите G20 в Анталии президент РФ Владимир Путин заявил, что по данным России 40 стран внесли вклад в становление [террористической организации] «Исламское государство» (ИГИЛ)(запрещенная террористическая организация в ряде стран мира, включая государства Центральной Азии – прим.ред.). И он прав.

И самая неправильная мера, я считаю, рассаживать этих людей по тюрьмам, потому в местах заключения они ведут такую же пропаганду. А среди недовольного контингента, который там находится, осуществить ее очень легко. Что сейчас и происходит.

А как же поступать с женами и детьми боевиков, погибших в Сирии и Ираке?

Это другое дело. Дети должны быть возвращены и, учитывая психологическую травму, которую они получили, охвачены особым вниманием и заботой со стороны государства. Они не несут ответственность за преступления своих родителей, так же как и другие родственники.

По поводу жен – вопрос спорный. Одно дело, когда эти женщины сидели дома, растили детей, ухаживали за бойцами, обслуживали их. Но зачастую жены тоже были вовлечены в террористическую деятельность и проходили подготовку. Естественно, здесь нужен индивидуальный подход. Коллективной ответственности за преступления не существует.

Но тут возникает вопрос, насколько развита система расследований преступлений в Азербайджане. Зачастую профессиональный уровень личного состава – что полиции, что спецслужб – очень низкий, они не в состоянии вычислить потенциально опасных людей даже при индивидуальном расследовании. И я не думаю, что система Центрально-Азиатских стран существенно отличается.

С другой стороны, определенная часть общества отмечает, что они такие же  граждане республики, и государство должно им помочь…

Формально государство должно заботиться о любом гражданине. Первый долг государства – защитить своих граждан в любой точке мира, даже если это преступник. Но эти граждане сознательно шли на службу в террористические организации, они убивали, они имеют доступ к международной террористической сети, оружию, методологии. Они опасны.

С теми, чья вина доказана и кто был осужден, должна вестись четкая работа. Они должны быть изолированы от основной массы заключенных, быть 24 часа в сутки под контролем. У этих людей пошатнулась психика, причем достаточно сильно. Потенциально эти люди готовы повторить то же самое.

А есть ли у нас служба психологов, которая готова взять на себя их психологическое восстановление? У государства нет достаточных знаний как вести реабилитационную работу с этими людьми. И трагедия в том, что нет даже желания и понимания, как ее проводить.

Насколько развито сотрудничество между Азербайджаном и странами Центральной Азии в антитеррористической сфере?

Участие стран СНГ в радикальных группировках, воюющих на территории Сирии, Ирака и частично Афганистана – это общая проблема всех стран СНГ. Совместные усилия намного облегчили бы борьбу с этим явлением, и терроризмом в целом.

Обмен данными в этой области уже реализуется. Существует Антитеррористический центр СНГ, в рамках которого руководители спецслужб и полицейских структур стран региона регулярно встречаются. Мы были свидетелями нескольких случаев, когда граждане одних стран СНГ, участвовавшие в террористических организациях, в дальнейшем скрывались в других странах содружества, но благодаря этому сотрудничеству, были переданы в свои государства.

Но двустороннее [сотрудничество] тоже нужно развивать, так как опыт показывает, что в вопросах борьбы с угрозами безопасности стран оно более эффективно.

Есть ли страны с успешным опытом в этой сфере и которые могли бы быть примером?

Есть. Преимущественно европейские страны. Необходима государственная программа по работе с бывшими боевиками. К сожалению, в авторитарных государствах, и Азербайджан не исключение, ставка делается на применение силы в отношении этих людей. Но это не выход. Да, осужденных за участие в террористических группировках нужно держать в жестких условиях. Но параллельно в тюрьмах с ними должны работать специалисты.

А опыт Центрально-Азиатских стран может быть полезен для Азербайджана?

Любой опыт может быть полезен. Тем более, по крайней мере у Казахстана и Узбекистана более обширный опыт в этом вопросе, так как число их граждан в радикальных террористических группировках гораздо больше, чем азербайджанцев.

Кроме того, по уровню развития органов национальной безопасности и менталитету мы намного ближе к Центральной Азии, чем к Европе. А понимание менталитета и культуры очень помогает в борьбе с терроризмом.

Вы сказали, что общались с несколькими азербайджанцами, которые состояли в террористических группировках в Сирии. Что с ними стало впоследствии?

Есть стереотип, что туда едут безграмотные, темные люди. Но это не всегда так. Люди, с которыми я общался, очень грамотные. Попав в Сирию, они буквально через пару дней поняли, что все, что им предстоит делать, полностью противоречит религиозным ценностям. Они вернулись в Азербайджан, сами сдались, покаялись, с ними была проведена определенная работа.

Они все осознали, все поняли, но психика этих людей все равно глубоко отравлена. Поэтому с такими людьми обязательно должны работать профессиональные психологи. Позднее я встречался с одним из них, он вернулся к нормальной жизни, но по-прежнему под страхом, что ему отомстят за дезертирство. И этот страх – тоже негативный фактор, который может подтолкнуть на новые преступления. Где эти люди сейчас, я не знаю.

Есть ли какие-то исследования по поводу того, сколько граждан Азербайджана могли вернуться обратно из зоны боевых действий в Сирии и Ираке?

Я про такие не знаю. Для того,чтобы их вычислить нужна сложная интеллектуальная исследовательская работа.

В прошлом году из своих источников я получил интересную информацию, что государственная пограничная служба провела анализ приезжающих в Азербайджан туристов из арабских стран и обнаружила, что число приезжающих в страну арабов превышает число уезжающих. Возможно, это нелегальные арабские мигранты, которые пытаются использовать Азербайджан как транзитную страну. Но государство всегда должно быть готово к самому плохому.

Нельзя исключать, что некоторые граждане Азербайджана, которые участвовали в тех или иных террористических группировках, понимая, что с азербайджанскими паспортами их могут разоблачить и арестовать, вернулись в страну с арабскими паспортами. Это должно быть под пристальным вниманием государства.


Данная статья была подготовлена в рамках проекта IWPR «Стабильность в Центральной Азии через открытый диалог».